Как только вернулись из Америки, Степа с Ваней сразу побежали оглядывать своё хозяйство – на месте ли машинки? Не уплыл-ли капитан на своём корабле? Что там с самолетом и его пилотом?
— Моя парковочка! – бормотал Степа нежно прижимая к себе автомобильную парковку, которую мы подарили ему когда-то на день рождения.
— Привет-привет, Ренж-Ровер! Как ты тут без меня поживал? Сейчас мы пойдем кататься! – обнимал Степа свою машину. Впрочем, через минуту он вспомнал про беговел и мчался в сарай здороваться и с ним.
Погода была отличная и мы пошли гулять. С собой Степа для начала взял беговел.
Дорога от дома идет вниз, через весь поселок с достаточно сильным уклоном.
— Папа, можно я поеду быстро? – спросил Степа
Я в этот момент что-то как назло смотрел в телефоне и не понял вопрос, но как идиот машинально сказал «Да».
Через секунду Степа уже оттолкнулся и помчался на своём беговеле по дороге вниз, довольно стремительно разгоняясь. В тот момент, когда я поднял голову, он уже пытался начал тормозить ногами, но дороги в поселке у нас не асфальтовые, а уложены плиткой и тормозить всей подошвой он не мог. Тогда он стал цепляться носками кроксов, но такое торможение было неэффективным и беговел всё ускорялся и ускорялся.
Степка испугался и начал вихлять рулем, тщетно пытаясь затормозить. Ещё секунда и он полетел кубарем, приземлившись сверху на свой беговел и пролетев вместе с ним вперед ещё пару метров лицом вниз. Я ужасно перепугался, потому что упал он реально очень сильно. Я знаю, когда это ерунда, а когда всерьез.
Я бросился к нему. Был уверен, что он разбил себе колени и руки до крови, нос и хорошо, если не выбил зуб.
Степка рыдал и протягивал мне ладони – я всегда когда он падает говорю ему строгим голосом гаишника:
— Таааак! Ладони к досмотру! Таааак… Крови нет? Тааак а колени? Ну что ж товарищ, водитель, впредь не нарушайте!
Я таким образом сразу отвлекаю его внимание от самой ситуации с падением и в отличие от остальных родственников не подливаю масла в огонь стеаниями и воплями.
Но тут он упал действительно очень сильно. Лежал на своём беговеле и трогательно пытался протянуть мне ладони.
Ну что я могу сказать? Во-первых отделался он очень легко – шишка на лбу, ссадина под носом и на руке. Но больше ничего. Даже кровь нигде не пошла. Во-вторых – мужчина. Плакал, конечно, но для такого случая более чем скромно. Сдерживался изо всех сил.
Ссадины промыли перекисью водорода и помазали какой-то мазью.
— Я ехал с горки, а навстречу мне из-за угла — машина. Я её испугался и упал! – рассказывал потом Степка охающим от ужаса бабушкам.
Напридумывал для остросюжетности линии…
На самом деле виноват во всем был я — надо было за ребенком смотреть, а не в телефон.
Впрочем, полученные травмы не помешали Степе:
— покататься в этот день на Ренж-Ровере
— покатать на нём Ваню, у которого на Фиате сел аккумулятор
— и под вечер уже снова сесть на беговел, только теперь уже в режиме «Папа! Лови меня!»
Я стоял чуть ниже, расставив руки, а Степка катился на меня и я с криками хватал его, а он пищал от удовольствия.
фото спустя час
Stepan-Ivan
